Через неделю я стояла перед зеркалом в гостиничном номере.
На мне было элегантное тёмно-синее платье.
Волосы аккуратно уложены.
В сумочке лежали свидетельство о браке, семейные фотографии и копии свидетельств о рождении детей.
Редактор проекта, женщина по имени Инга, нервно ходила по комнате.
— Мирослава, вы точно уверены, что хотите это сделать?
— Абсолютно.
— Вадим ничего не знает. Для него ваше появление станет полной неожиданностью.
— Именно поэтому я здесь.
— Только очень прошу, без скандалов, драк и оскорблений. У нас всё-таки прямой эфир.
Я посмотрела на неё.
— Инга, мне не нужно устраивать истерику, чтобы рассказать правду.
Вечером меня провели за кулисы съёмочной площадки.
В просторной студии полукругом стояли мягкие диваны.
В центре сидели участники.
Вокруг работали камеры, светили прожекторы, суетились операторы.
Вадим расположился рядом с той самой блондинкой, которую я видела по телевизору.
Он держал её за руку.
Ведущая улыбалась.
— Итак, Вадим, вы уже месяц на нашем проекте. Нашли ли вы женщину, ради которой готовы изменить свою жизнь?
Муж уверенно кивнул.
— Думаю, да. Здесь я впервые почувствовал себя по-настоящему счастливым.
Зрители зааплодировали.
Ведущая повернулась к камере.
— Но сегодня у нас необычная гостья! Женщина, которая утверждает, что знает Вадима гораздо лучше остальных!
Я услышала своё имя.
— Встречайте Мирославу!
Я вышла на площадку.
Вадим повернул голову.
Его улыбка исчезла.
Он вскочил с дивана.
— МИРА?!
Я спокойно подошла к свободному креслу.
— Здравствуй, Вадим.
На площадке повисла тишина.
Ведущая заинтересованно наклонилась вперёд.
— Мирослава, вы знакомы?
Я улыбнулась.
— Да так, немного. Восемнадцать лет под одной крышей прожили.
Кто-то из участников ахнул.
Блондинка резко отпустила руку Вадима.
— В каком смысле?!
Я достала из сумочки фотографию.
— Вот наша свадьба. А вот наши дети. Кире шестнадцать, Глебу двенадцать.
Ведущая широко раскрыла глаза.
— Вадим, вы женаты?!
Муж начал нервно поправлять воротник рубашки.
— Это… не совсем так.
— А как именно? — спросила я.
— Мира, мы же расстались!
— Вадим, мы поссорились месяц назад. Ты собрал сумку и ушёл из дома. На развод никто не подавал. Детям ты даже ни разу не позвонил!
Он покраснел.
— Ты специально сюда явилась, чтобы меня на всю страну опозорить?!
Я посмотрела ему прямо в глаза.
— Нет, Вадим. С этим ты прекрасно справился без моей помощи.
Несколько участников не удержались от смеха.
Но мне было совсем не смешно.
Я достала ещё одну фотографию.
На ней Вадим держал новорождённую Киру.
— Помнишь этот день?
Он молчал.
— Ты тогда от счастья плакал. Говорил, что ради дочери горы свернёшь.
Я положила рядом фотографию Глеба.
— А это наш сын. Он вчера спросил, почему папа по телевизору говорит, что у него нет детей.
Ведущая перестала улыбаться.
Блондинка поднялась с дивана.
— Вадим, ты же говорил, что никогда не был женат!
— Яна, подожди, я всё объясню!
— Что объяснишь? Что у тебя двое детей, о которых ты решил забыть?!
Она пересела на другой диван.
Я продолжила:
— Знаете, что самое интересное? Я целый месяц искала мужа. Обзвонила всех его друзей, родственников, свекрови чуть ли не каждый день звонила. В полицию обращалась. Ночами не спала, думала, не случилась ли с ним беда. А он здесь рассказывает, как мечтает о молодой девушке без проблем.
Вадим попытался перебить.
— Мира, ты меня дома постоянно пилила! Житья от тебя не было!
— За что, Вадим? За то, что просила оплатить сыну секцию? Или за то, что напоминала забрать дочь из школы? Может, за то, что продукты сами в холодильнике не появляются?
Он опустил глаза.
Ведущая повернулась к нему.
— Вадим, при заполнении анкеты вы указали, что не состоите в браке и не имеете детей.
— Да я собирался развестись!
— Но вы не развелись, — спокойно ответила она.
Инга передала ведущей копии документов.
Та внимательно просмотрела их.
Потом подняла голову.
— Вадим, получается, вы сознательно предоставили проекту ложную информацию.
Он начал оправдываться.
Говорил, что семейная жизнь давно закончилась.
Что хотел начать всё с чистого листа.
Что имеет право на личное счастье.
Я молча слушала.
А потом произнесла:
— Конечно, Вадим. Каждый человек имеет право на счастье. Но нельзя строить его на вранье и делать вид, будто собственных детей никогда не существовало.
Ведущая обратилась ко мне:
— Мирослава, скажите честно, вы пришли вернуть мужа?
Я рассмеялась.
Впервые за весь вечер совершенно искренне.
— Вернуть? Нет. Я пришла сообщить, что он свободен. Теперь уже по-настоящему.
Я достала из сумочки конверт.
— Здесь копия моего заявления о разводе. Оригинал уже передан адвокату для подачи в суд.
Вадим побледнел.
— Мира, ты серьёзно?!
— Абсолютно.
— Но у нас же семья!
Я посмотрела на него.
— Надо же. Вспомнил?
Он ничего не ответил.
Ведущая поднялась.
— Вадим, руководство проекта приняло решение прекратить ваше участие за предоставление недостоверных сведений и нарушение правил кастинга.
Муж вскочил.
— Да вы что, издеваетесь?! Вы не имеете права меня выгонять!
— Имеем, — спокойно ответила ведущая. — Вы подписывали договор.
Один из участников громко произнёс:
— Мужик, ты бы сначала со своей семьёй разобрался, а потом уже невест по телевизору искал!
Раздались аплодисменты.
Вадим стоял посреди площадки, растерянный и красный.
Ещё недавно он мечтал стать телевизионной звездой.
Теперь его просили собрать вещи и покинуть проект.
Я поднялась.
— Мира, подожди! — крикнул он. — Давай нормально поговорим! Без этих камер!
Я остановилась.
— Восемнадцать лет у тебя была такая возможность, Вадим.
И ушла.
Не оглядываясь.
Через два дня я вернулась домой.
Кира встретила меня прямо в прихожей.
— Мам, мы всё видели!
Я испугалась.
— Доченька, прости, что вам пришлось через это пройти.
Она крепко обняла меня.
— Мам, ты была такая красивая! И такая смелая! Я тобой горжусь!
Глеб выглянул из кухни.
— Мам, а папа теперь домой вернётся?
Я присела перед сыном.
— Глебушка, папа всегда останется твоим папой. Но жить вместе мы больше не будем.
Он немного помолчал.
— Главное, чтобы ты больше не плакала.
Я обняла обоих детей.
В тот вечер мы заказали пиццу, включили старую советскую комедию и впервые за месяц спокойно смеялись.
Вадим звонил ещё долго.
Просил прощения.
Уверял, что всё понял.
Говорил, что бес попутал, что на проекте ему вскружили голову, что он просто хотел отвлечься от семейных проблем.
Однажды даже приехал с огромным букетом роз.
Стоял под дверью и просил дать ему ещё один шанс.
Но я больше не собиралась быть запасным вариантом для мужчины, который на глазах у миллионов зрителей объявил себя холостяком.
Спустя полгода развод завершился.
Вадим начал общаться с детьми по установленному графику и выплачивать алименты.
Я устроилась на новую работу, записалась на танцы в районный дом культуры и впервые за много лет начала строить планы не вокруг мужа, а вокруг собственной жизни.
Однажды вечером мы с Кирой сидели на кухне.
За окном шёл дождь.
На плите закипал чайник, а Глеб в соседней комнате делал уроки.
Дочь вдруг спросила:
— Мам, а ты жалеешь, что пошла на телевидение?
Я задумалась.
— Знаешь, Кирюш, я жалею только об одном.
— О чём?
— Что столько лет боялась остаться без него.
Она улыбнулась.
— А теперь?
Я посмотрела на детей, сидевших за кухонным столом.
— А теперь я знаю, что у меня есть самое главное.
Я налила дочери чай, придвинула вазочку с печеньем и впервые за долгое время почувствовала, что мне спокойно в собственном доме.
И мне больше не нужно доказывать свою ценность человеку, который решил искать любовь перед телекамерами, забыв о тех, кто любил его дома.
